Фантом прошлого

Он буйствовал на себя лично. Три комнаты, отведенные ему по выходе на пенсию царско-генеральским начальством замка, пребывали в южном крыле Града. С устроенного стола, на каковом располагалась сильная зрительная труба, он мог глядеть на «общество» - на Вену - и там, на большом растоянии на горизонте, еще различал лески и нежно волнуемые зеленые глади холмистого пейзажа, из другого отверстия раскрывался чудесный пейзаж на верхнее устье Мольдау: отблескивавшая серебром лента терялась в сумрачной дали.

Дабы пусть немножечко вогнать в распорядок собственные поднявшиеся мысли, императорский лейб-медик подошел к подзорной трубе и, как обычно на случай, навел на город. Аппарат владел чрезвычайной увеличительной силою - и исходя из этого только крошечным полем глаза. Предметы в нем были так недалеко придвинуты к зенице зрителя, что были, чудилось, совсем рядом. Лейб-медик понурился к трубе; в нем скользнуло рефлекторное вожделение усмотреть на крыше специалиста по очистке труб или какой-нибудь иной радостный символ. Однако, вскрикнув от опасения, он шарахнулся взад. Совершенно естественных размеров обличье Богемской Елизоветы ехидно оскаливалось, защуривая в ахромат свои лишенные ресничек зрачки, словно лицезрело его и узнавало!

Чувство было настолько чудовищным, что лейб-лекарь, трясясь всем телом, некое время трусливо моргал в пронизанную лучезарным огнём белизну, ежесекундно ожидая явления оттоле старой работницы борделя, на этот раз во плоти, да еще, чего хорошего, едущей на метёлке.

Основательно недоуменный эдакой усмешкой фортуны, он все таки взял себя в руки; в конечном итоге, все разъяснялось в полной мере непосредственно. Вновь поглядев в трубу, он заметил, что старуха затерялась, в поле зрения мельтешили нынче странные незнакомые лики; в их минах присутствовала чудная взбаломошенность, передававшаяся и ему.